Пройдя полсотни километров через джунгли, горные перевалы, поля и долины, мы наконец вышли к озеру Инле. И именно там увидели её — женщину из племени «жирафов», известного как Падаунг.
Множество железных колец с детства покрывают её шею и растягивают её на протяжении многих лет. Сейчас она одна из немногих кто не сбежал в Тайланд и все еще чтит традиции племени. Созданные то ли для того, чтобы защитить шею от хищников, то ли чтобы выглядеть более уродливо и не стать новой женой для местного короля - древняя традиция сделала этих женщин одними из самых необычных и узнаваемых в мире.
Но в такие моменты особенно остро понимаешь простую вещь: важна не цель. Важен путь, который к ней приводит.
Три дня мы шли — небольшой международной командой: англичанин, немец, испанка и мы, россияне. Шли по пейзажам, которые почти не тронуты цивилизацией. Здесь нет привычного нам мира: электричество появляется на пару часов в день от солнечных панелей, интернета нет вовсе, душ — редкость, а кровати заменяют матрасы на полу.
Зато есть жизнь — настоящая, не адаптированная под туриста.
За эти дни мы прошли около десяти деревень, и каждая из них — как отдельная вселенная. В одной нам рассказывали, что их предки пришли из Китая сотни лет назад, и до сих пор здесь выращивают чай. В другой — основа жизни это острый чили, который сушится прямо у домов. В третьей — люди искренне верят, что ведут своё происхождение от драконов.
И это не легенды для приезжих. Это часть их мира.
У всех — свои языки, свои наряды, свои традиции. И при этом — удивительное ощущение открытости. Нас принимали без настороженности, без лишних вопросов. Просто как гостей.
Мы ночевали в бамбуковых домах, спали на полу, ели еду, приготовленную на огне — простую, но неожиданно вкусную. Вечерами не было ни экранов, ни новостей, ни шума — только разговоры, темнота и звуки деревни.
Днём мы наблюдали за жизнью:
как буйволы тянут плуг по мокрым полям, как быки везут деревянные повозки, как дети бегают босиком по пыли, как взрослые работают с утра до заката. И самое сильное — это люди. Добрые, спокойные, открытые. Совершенно разные — и при этом в чём-то очень похожие. В какой-то момент пришло ощущение, что мы провалились во времени. Лет на 300–400 назад. И дело даже не в отсутствии технологий — а в ритме жизни, в отношении к миру, в простоте. Мы были одними из немногих иностранцев, кто оказался здесь за долгое время. И, возможно, именно поэтому это путешествие ощущалось так остро. Без фильтров. Без декораций. Без попытки что-то показать. Это был не просто треккинг. Это был, пожалуй, самый сильный и аутентичный этнографический опыт в нашей жизни.
И мы точно знаем — мы сюда вернёмся.
Потому что Мьянма — из тех мест, которые не отпускают.